Мир нашему дому?!

Эмма Прибыльская, Ольга Равченко
21 Марта 2019г.
В феврале 1819 года в Ангостуре (до 1846 года так назывался город Сьюдад-Боливар в Венесуэле) Симон Боливар произнёс Программную речь, в которой призвал бывшие испанские колонии объединиться.

7 января 2019 года, в преддверии 200-летия знаменательного события, на одном дыхании мы написали нижеследующее эссе, которое отправили в один около-экзистенциальный европейский литературный проект. Про эссе вспомнили лишь теперь, когда книга вышла без нас. Мы не добавили и не изменили в нём ни одной буквы. Искренне жаль, что всё это время материал не работал. Зато теперь очевидно, кто какие планы вынашивал на протяжении последних двух с половиной месяцев относительно единства Латинской Америки и мира.


Бинго: Колумбы и «Коломбейи» *

Здесь прошёл он, компаньеро!
Огорчённый, храбрый, вечный.
Полдень. Солнце истязает
гордый профиль средь пустыни.
Альберто Алверо Торреальба


В 1819 году на конгрессе в Ангостуре было объявлено о создании независимого от Испанской Короны государства с историко-географическим названием Колумбия, в которое кроме вице-королевства Новая Гранада (современная Колумбия) вошло Генерал-капитанство Венесуэла, а позднее – Королевская Аудиенсия Кито: всё вместе – территория современных Венесуэлы, Колумбии, Эквадора и Панамы.

Просуществовало государство недолго. Распалось в 1831 году – не без посторонней помощи. «Одержимый, талантливый опытный военный деспот во главе армии негров далеко не тот сосед, которого мы хотели бы иметь у наших южных границ», – писал посланник США в Мадриде Александр Гилль Эверетт в своём донесении от 7 января 1827 года.


Симон Боливар добровольно отошёл от власти в надежде не допустить раскола Испано-Америки. В январе 1830 года он подал в отставку, Национальный конгресс в Боготе принял её. Как правило, после мощного действия центростремительных сил, когда за счёт единства цели достигнута победа, включаются силы центробежные, и бывшие единомышленники начинают решать свои собственные проблемы за счёт былых соратников – вплоть до вступления в военное противоборство с ними.

Идея об объединении Латинской Америки в единое государство по-прежнему актуальна. На нынешнем этапе современной истории Колумбию эпохи Симона Боливара называют Великой – в отличие от сегодняшнего одноимённого государства. Трёхцветный флаг для неё придумал Франсиско де Миранда. Ему же принадлежала сама идея создания единой страны на землях, открытых Колумбом, а также её название. Симон Боливар вдохновился идеей Предтечи Независимости Латинской Америки и даже воплотил её – в какой-то степени на какое-то время.


Уго Чавес был страстным пропагандистом Боливарианской идеи, и по его инициативе, на его энергии, шло реальное объединение материка Южная Америка. Историческая миссия Уго Чавеса, не без участия правительств США, была прервана. «Похоже, Соединённые Штаты предназначены нам самим провидением, чтобы приносить Латинской Америке несчастья, прикрываясь маской свободы!» – говорил Симон Боливар.


Великая мечта об объединении всего человечества – утопия? Мечты и грёзы бывают разными – о разъединении, о независимости, о самостоятельности, и тогда идея может искать подпитку в прошлом: в мифическом или историческом прошлом. Как Финляндия – в «Калевале», Польша – в Речи Посполитой до её разделов (Домейко, Мицкевич, филоматы, участники польских восстаний XIX века – с мечтами о былом величии Родины: от моря до моря), индейцы – в Доколумбовой Америке, многие бывшие граждане СССР – в стране, где они были счастливы.

Одни строят Новый Мир на старом, «разрушенном до основанья» месте, создавая новые традиции. Другие в потёмках прошлого пытаются нащупать давнюю традицию и возродить её, как Израиль с ивритом – собранным по крупицам из древних источников: сначала взяли на вооружение язык, потом создали государство. Можно также искать Новый Свет в чужих неведомых краях, как Колумб: открыть новые земли и начать новую жизнь. Причём, забывая, что вновь избранное место отнюдь не свято-пусто, а издревле – Родина других народов.

Творить «Лучезарные города» можно в разных сферах – реально в политике, геополитике – деля мировой пирог, перекраивая карты – или во внутренних пространствах человеческой души – через творчество ли, религию.

Слово «утопия» придумано Томасом Мором в Англии в 1516 году: «место, которого нет». Время от времени период утопий сменяется периодом антиутопий, по прошествии которого человечество вновь устремляется к справедливому обществу в поисках лучших его образцов, поскольку избавиться от того, что заложено в человеческой природе, невозможно: рыба ищет, где глубже...

Фантастика уже расписала будущее точнее, чем это делают история с археологией – относительно прошлого. Варианты будущего порою намного известнее былого: «Мы» Евгения Замятина (1920), «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли (1932), «1984-й» Джорджа Оруэлла (1949).

Систематически происходит переписывание истории заинтересованными лицами в угоду текущему моменту.

Утопии неистребимы. Очень скоро мы вступим в период новых утопий. Год-другой уйдёт на подведение итогов – и настанет время глобальных перемен.

Есть ещё «Роза Мира»… Хочется лить воду именно на мельницу всеобщего блага, единения Человечества. Хотим, как лучше, а получается, как всегда? Такое бывает часто, но это не повод прекратить хотеть, как лучше.

Вопрос в том, какая идея окажется ярче: объединение человечества, единство – или идея истинно правой веры, истинно Божьего народа? Утопии (мечты) могут вести в тупики. Узко национальный эгоизм или сектантство, догматизм в вопросах веры: грабли, на которые наступали тысячу раз. Хотелось бы извлечь уроки из ошибок прошлого и развиваться в сторону светлого будущего, а не ходить по кругу в закоулках манкуртизма («И дольше века длится день»).

В эти несколько лет перед новой вспышкой некоей яркой идеи хотелось бы заранее себя подготовить, сонастроиться: чтобы ум был открыт, голова работала, а внутренний голос звучал, когда придёт время выбирать знамя, под которое встать, и глобальную идею, которой следовать.

Казалось бы, развенчан идеализм Октября 1917-го года, но ведь люди действительно верили в идею справедливого общества на земле; загорались, бросали всё, уезжали в другие страны – в Советскую Россию или другое, новое, место: воплощать свои идеалы! В США, в Южную Америку – на острова, в джунгли: создавать с единомышленниками-единоверцами свои коммуны-колонии.

Что касается российских реалий, не понаслышке знаем про Красную Карелию – Карельскую Коммуну, в которую приезжали финны из Канады и США. Один миф «Калевала» – и две страны. Фактически – одна страна: разделённая на белых и красных.

Белые финны пытались строить Великую Финляндию на своей территории, замахиваясь на ближние Карелию, Карельский перешеек, часть Ленинградской области (между Ладогой и Онего) – поскольку эпос общий.

Красные финны, потерявшие родину в результате проигранной революции, тоже строили Великую Финляндию – на территории Советской Карелии с согласия Ленина, опять же, взяв на вооружение «Калевалу» и мечтая воссоединить свои земли.

Можно вспомнить Великую Германию, Великую Россию – на фоне Малой и Белой Руси, Великое Княжество Литовское. На русском языке великий – просто большой. Не обязательно Великий. Величина, а не величие.

Мечта, сказка, иррациональная вера, внутренний голос, зов, тяга – пассионарность? Зов первопроходцев? В любом случае подвиг – подвигает человека: это явление – выше не только эгоизма, но и инстинкта самосохранения. Когда человека не дурманят, не зомбируют, а он сам, следуя душевному порыву, способен вершить чудеса.

Жанна Д`Арк – звёздный миг, звёздный час, а потом наступает откат или даже гибель героя – если смотреть плоско, но развитие неуклонно идёт по спирали, а суть событий, результат становятся заметны на уровне, когда речь идёт не о роли личности в истории конкретного государства или определённой территории, но о роли личности в истории человечества.

Пока тема не раскрыта до конца, а цель не достигнута, говорим о напрасных жертвах, ложных идеалах. Тот же Маркс, основываясь на чужом мнении, дал отрицательную характеристику Симону Боливару – бонапартисту, диктатору. А под знамёнами Либертадора, помимо соотечественников, добровольно сражались за свободу латиноамериканцев иностранные легионы из Европы! Но когда смотрим на всё в исторической перспективе, что наблюдаем? «Генерала в своём лабиринте»? Лидера, отрёкшегося от власти ради общего блага и отлучённого от Венесуэлы?


Уже в 1842 году прах Симона Боливара был перевезён из Санта-Марты в Каракас и захоронен в Храме рядом с останками родителей и жены, в 1876 перенесён в Пантеон Героев Венесуэлы. С 2013 года прах освободителя Южной Америки от испанского ига покоится в инкрустированном бриллиантами, жемчугом и золотыми звёздами гробу из красного дерева – в самом сердце Каракаса. Сегодня памятник Либертадору есть, пожалуй, в каждом городе (Великой) Колумбии. Герою воздали по заслугам постфактум, когда суть стала явной. Хотя идея Симона Боливара не была осуществлена полностью: в Соединённые Южные Штаты должны были войти также Перу, Ла-Плата и Чили, – но не исключено, что рано или поздно она реализуется в будущем.


Та же песня с Уго Чавесом. Сегодня мы наблюдаем сложности в Латинской Америке – в частности, в Венесуэле. Страну раздирают, прежде всего, внутренние противоречия, но всё устоится, наладится – и через турбулентность, хаос, переоценку ценностей здесь начнутся процессы воссоединения. Когда? В какой форме?..

Человечество уже становится ближе – за счёт развития техники, быстрого распространения информации, прямых личных контактов: преодолеваются расстояния и языковые барьеры.

Рано или поздно придём к Единой Земле. Только каждый дробный кусочек должен осознать смысл своего существования, определить своё место в общей картине мира.

И речь идёт не о сколачивании, закольцовывании в Единую Земную Империю, силой Кольца всевластия по Толкиену, – потому что такое объединение рано или поздно распадётся. Мы говорим о том, что должно видеть Землю как один организм, понимать свои личные цели, задачи, важность – в таком контексте единение возможно: когда все вместе создают гармонию. Как в оркестре. Синтонно-синергетично… Это – утопия?

Самое страшное преступление, когда растаптывают веру, доверие – т.е. идут на сознательный обман. Именно не в мелочах, а гася чужой душевный порыв, круша идеалы.


Именно в такие моменты наступает период антиутопий… Но человечество, как птица феникс: проходит время – и мы снова верим в светлое завтра. Мы снова хотим нового света, Нового Мира. И не просто хотим, а готовы совершать ради этого действия, прилагать усилия. Готовы делать сказку, творить историю: не отлынивать, коль представился шанс, даже если не всегда знаем, что за ближайшим поворотом.

Припев песни А. Макаревича 1979 года:

Вот новый поворот
И мотор ревёт,
Что он нам несёт
Пропасть или взлёт,
Омут или брод
И не разберёшь,
Пока не повернёшь
За поворот.


Через сорок лет перед нами – очередной поворот.

Похоже, живём с широко закрытыми глазами, мечтая о радуге. Хорошо бы постоянно видеть, что происходит на Планете. Выбирать сознательно, чтобы весь пыл-жар души не ушёл на подпитку тех, кто говорит одно, а делает другое, работая на себя. Вдохновляться светлыми умными сказками.

Вдохновение – хорошо. Очень скоро начнётся этап новых вспышек творчества. Может быть, в это верится с трудом, но настало время оглядываться, приглядываться, проводить параллели, тем более, что наблюдаем круглые даты.


Минуло 100 лет Октябрьской революции. 100 лет Независимости Финляндии. 100 лет БССР. Приближается 200-летие (Великой) Колумбии.

Мы не знаем, где покоятся останки Франсиско де Миранды – зато есть дневники, есть придуманный им триколор, и сегодня развевающийся над тремя независимыми латиноамериканскими странами напоминанием о флаге (Великой) Колумбии. Саркофаг в Пантеоне пуст – зато мир исследует жизнь и маршруты Предтечи.


Нередко бывает так, что те, чьи имена при жизни на слуху – после смерти тут же предаются забвению, а те, кто, пребывал в тени или стал изгнанником, через века вдруг становятся яркими историческими фигурами.

Человек – существо космическое... В соответствии с теорией этногенеза Льва Гумилёва, на краю Эйкумены совсем недавно светлой энергией кипела Венесуэла с жизнеутверждающим девизом её лидера: «Другой мир возможен!»

Грядёт новый виток. Где на этот раз полыхнёт пассионарность?

Социально-утопический романтизм – закономерный природный процесс, возникающий спонтанно. Человек над ним не властен – вовлечённому в поток событий остаётся лишь выбирать, какому паттерну поведения следовать.


В природе человечества – стремиться, достигать, рваться вперёд – невзирая ни на что, следуя своим внутренним морали и этике. Через тернии – к звёздам!

Подвиг – то, что подвигнет: порыв, где не будет места эгоистичным, корыстным расчётам и трезвости, где человек предаётся высокому внутреннему чувству.

Нам повезло родиться в интересное, трудное, важное время – время перемен. Пожелаем же себе мудрости и внимания!



* Бинго – итальянская игра, известная как лото с 1850 года. Современное название получила во времена Великой депрессии в США от английского “Bean go!” («боб идёт») – восторженного возгласа победителя (в ту пору итальянские эмигранты вместо жетонов использовали бобы).

Колумб на испанском – Colón, на итальянском – Colombo. Отсюда Колумбия – Земля Колумба.

«Коломбейя» (“Colombeia”) – архив Франсиско де Миранды, касающийся (Великой) Колумбии: 63 тома документов и путевых заметок, всплывших в Англии в 1926 году, выкупленных Правительством Венесуэлы и признанных в 2007 году наследием ЮНЕСКО.

Франсиско де Миранда загорелся мечтой о создании возглавляемой потомственным императором – Инкой – независимой империи, которая объединила бы все находившиеся под испанским и португальским игом территории – от реки Миссисипи до мыса Горн.
Поделиться


Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru