Сиреневый туман Сантьяго
Страница 2 из 5

Константин Сапожников
Статья опубликована в журнале "Латинская Америка" № 7-8 за 1996 год.
Столица Чили заметно изменилась: прибавилось железобетонных жирафов, набитых офисами транснациональных компаний, выросли новые деловые и жилые кварталы, по улицам проносятся новейшие модели автомашин (чилийцы, как и русские, считают, что у них "мерседесов" и "кадиллаков" больше, чем в любой другой стране). Кажется, и горожане все более энергичны и целеустремленны: время — деньги, побольше упорства, предприимчивости и везения — успех обеспечен. Столица гудит от напряжения, словно где-то внутри у нее мощный мотор, постоянно увеличивающий обороты. Трудно — но все ближе сверкающие титаном ворота в технотронное тысячелетие.

Вечный круговорот людей и автомашин на площади Тобалаба.

А вот прозрачного воздуха обнаружить не удалось. Сиреневая дымка смога — обычное явление, результат климатических странностей последних лет: ни дождей, ни продувающих ветров, а над долиной Сантьяго в озоновом слое зловеще пульсирует огромная пробоина. К сгущению выхлопных газов и индустриальных дымов над городом жители столицы привыкли, даже находят в этом некую поэзию прогресса. И невольно приходят в голову строчки студенческой песни "Сиреневый туман над городом кружится..."

На этот раз "открывать" Сантьяго мне помогал частный сыщик Эредиа, герой романа "Ангелы и одиночки" Рамона Этеровича. Надо ли доказывать, что лучше всяких путеводителей, турсправочников и "бедекеров" среду своего обитания знают писатели и частные детективы? Сыщик Эредиа, счастливый обладатель "лады" ("народного автомобиля" чилийцев), предпочитающий водку "Stolichnaya" всем другим крепким напиткам, в поисках преступников колесит по самым живописным и экзотическим уголкам столицы.

И вот, с томиком Этеровича и картой Сантьяго в руках я отправился в путь: Кафедральный собор, колониальная церковь Св. Франциска, площадь Лас-Армас, проспекты Провиденсиа и Лос-Леонес, улицы Реколета и Индепенденсиа, парки Лос-Рейес и Форесталь, многотысячные толкучки — "персидские рынки" — у Центрального железнодорожного вокзала и на улице Био-Био, излюбленные детективом кафе и рестораны — "Сити-бар", "Куку ", "Чайка", "Остров Пасха"...

Благодаря Эредиа удалось приобщиться к неброской красоте Сантьяго, уловить его неровный, а порой ожесточенный пульс, почувствовать себя увереннее среди бетонного частокола деловых "сити" и одноэтажек "спальных" районов. Стали понятнее сами чилийцы, столь неприступные в утренние часы ("только бы не опоздать на работу!") и столь расслабленно-доброжелательные вечером ("официант, рюмочку "вайны" ...хотя нет, лучше "писко-сур"!).

* * *


О ХАРАКТЕРЕ "САНТЬЯГЕНЬО"


Политик и писатель Володя Тейтельбойм, автор великолепных монографий о Пабло Неруде и Габриэле Мистраль, выступая недавно в Обществе друзей Испании, коснулся вопроса о "типологии" чилийца и о том, как он иногда воспринимается во "внешнем мире":

"Нас нередко называют "англичанами Южной Америки", считая, видимо, это комплиментом. Но, насколько мне известно, сами британцы не воспринимают себя "чилийцами Западной Европы".

Сдержанность, порой даже суровость чилийцев бросается в глаза. Стоит проехать несколько остановок в метро, как возникает странное ощущение, что ты — в "подземке" нынешней Москвы с ее вялотекущими реформами: редко когда увидишь улыбку в этом "совмещенном метропоезде". Но нет, чилийцы — люди с юмором и непрочь посмеяться. Достаточно упомянуть, что на последнем музыкальном фестивале в Винья-дель-Мар наивысшие места в рейтинге получили не модные поп-рэп-рок-звезды, а юмористы, развлекавшие почтеннейшую публику в перерывах конкурсной программы. Чилийские Тарапунька и Штепсель — Индио и Флако из "Динамита-шоу" — нашли ключик к многотысячной аудитории, иронично обыгрывая привычные житейские ситуации. Сценки следовали одна за другой, внешне спонтанные, но точные и колкие. Нет, не только счастливые обитатели берегов и островов Карибского моря могут воспринимать превратности жизни с веселой беспечностью и насмешливым вызовом.

Излюбленное место прогулок и покупок сантьягинцев — авенида Провиденсия
Излюбленное место прогулок и покупок сантьягинцев — авенида Провиденсия.

Считается, что на характер современного чилийца (и сантьягеньо, само собой) неизгладимый отпечаток наложили годы военного режима, но особенно — постоянная угроза разрушительных землетрясений. Разве можно быть спокойным и уравновешенным, если под землей, прямо под твоим домом урчит, ворочается, поджидает своего часа неподконтрольная человеку теллургическая мощь, рождающаяся в яростной сшибке мегаплатформ вдоль земного разлома.

Любителей острых ощущений Сантьяго может "порадовать" всего за день десятком "мелких сотрясений", от которых перекашиваются картины на стенах. Если "повезет", турист познакомится и с более серьезными потряхиваниями в 6-7 баллов по шкале Рихтера. Это потом можно будет со смешком вспоминать, как побелело лицо у министра, дававшего телеинтервью, или как тесно было банковским служащим под маленьким журнальным столиком, где они пытались укрыться. Никто не забыл, как в 1985 г. 8-балльное бедствие постигло Сантьяго и близлежащие города. Кровавый итог землетрясения — 177 погибших и почти 3 тыс. раненых. А всего за полстолетие по этой же причине в стране погибло 40 тыс. человек. Так что новичок в Сантьяго обязательно должен освоить технику безопасности, сохраняя свой личный (потенциальный) героизм для других, более подходящих случаев. Наилучший детектор подземного неблагополучия — связка медных или керамических колокольчиков. Если зазвенели — реагируй молниеносно...

Но хватит о печальном. Сменим тему.
Поделиться




Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru