Марсела Серрано — новый голос в чилийской прозе

Страница 2 из 2
Верена Деменина
Статья опубликована в журнале "Латинская Америка" №1 за 1998 г.
Январь 1998
Третья книга Серрано "Прошлая жизнь моя" (главу из которой мы предлагаем читателям в этом номере журнала) начинается с сообщения о падении Берлинской стены, что, по мнению писательницы, совпало с концом героической эпохи противостояния Пиночету и началом необратимых перемен в жизни Чили.

Роман затрагивает многие актуальные темы, прежде всего - безудержной модернизации общества, маргинальности, ностальгии. Что происходит с человеком, который находится в эпицентре этой модернизации, и с теми, кто оказывается на её задворках, отвергнутый, не приспособленный к новым жизненным реалиям?

"Прошлая жизнь моя" рассказывает о двух женщинах. Хосефа Феррер - известная певица и композитор, вполне устроившаяся в новом мире; Виолета Дасински - тоже "творческий работник" (архитектор), но прежде всего - мечтательница, страдающая от того, что утопии кончились.

Ностальгия - одно из главных чувств, пронизывающих книгу: ностальгия по Чили, по тому, что ушло, что больше не существует. Сама писательница слову "nostalgia" предпочитает "anoranza". "Nostalgia", считает она, - это желание вернуть прошлое, а "anoranza" - память о былом, сожаление, боль. Эту боль она попыталась излить в своей книге. "Anoranza" - та тоска, что стала частью мировосприятия поколения, верившего, будто может переделать мир, и потерпевшего поражение.

Одно из посвящений романа - знаменитой чилийской поэтессе и певице Виолете Парра. Для чилийских "шестидесятников" Парра - символ братства, единения и связи с прошлым. В её честь названа родителями одна из героинь книги. Виолета Дасински - воплощение того, что оказалось лишним, невостребованным в Чили эпохи модернизации.

История Хосефы и Виолеты выписана мастерски, с предельной точностью в деталях, полна смелых аналогий, которые превращают персонажи в личности, чье существование не ограничено страницами книги.

Циклическая композиция, смена повествователя, пронзительные лирические отступления - всё это позволяет автору выстроить тот сложный конфликтный мир, в котором пришлось прокладывать жизненный путь его героиням. Хосефа и Виолета - дочери своего времени, своей земли, своих воспоминаний и надежд.

Роман полон символики, метафор, что, несомненно, обогащает его. Символично само название книги - Antigua vida mía. Антигуа - город в Гватемале, в который ещё не проникли ветры модернизации, где еще можно укрыться от её удушающих веяний и жить по-человечески. Именно там Серрано писала этот роман. Там обрела вторую жизнь её героиня Виолета - после трагичного брака, кончившегося тем, что она застрелила своего мужа. В Антигуа духовно возрождается после творческого кризиса (плата за успех) другая героиня - Хосефа. Антигуа - это город, в котором время как бы замерло, но "антигуо" - это ещё и прошлое, вся прошлая жизнь, полная необъяснимого очарования, может быть, потому, что в ней - корни, истоки5.

Поэтому, как мне кажется, так сильно звучит глава "Интермедия", написанная в лучших традициях классической литературы и рассказывающая о судьбе матери Виолеты - Каэтаны. Одновременно это - грустная история о человеческом тепле, ушедшем из дома, который Каэтане так не хотелось покидать, но откуда ей пришлось бежать на край света, в сельву Гватемалы.

Дом в Нюньоа, районе Сантьяго, - еще одна насыщенная и эмоциональная метафора романа. В этом доме Каэтана и её мать после горьких испытаний, обрушившихся на них, обрели покой и счастье. В этом доме всегда было много друзей, взаимного участия, единения - всего того, чем были полны 60-е годы. В этом доме родилась Виолета Дасински, здесь прошло её детство.

Нужно отметить, что и сама писательница живет сейчас в Ньюньоа. Она рассказывает, что когда её муж Луис Майра вернулся из изгнания и они искали жилье, Ньюньоа оказалось тем местом, где на них не косились, где они были своими ("Не во всех ведь районах стучали по кастрюлям").

Роман "Прошлая жизнь моя" пронизан поэзией, в нём много стихотворных цитат, и порой сама проза звучит, как стихи, что подчеркивается многократным рефреном "А мы, остальные, иные..." ("Somos nosotras, las otras..."), словно звучит женский хор, выделяющий и обобщающий: эти женщины - наша частица, это и наша судьба.

Марсела Серрано нашла своё предназначение и находится на гребне личного и писательского успеха. Есть любимый муж, подрастают две дочери, выходят книги. Роман "Не забудь обо мне" получил в Мексике премию имени Хуаны Инес де ла Крус. На презентации книги "Прошлая жизнь моя" присутствовали Ортенсия Бусси де Альенде, Леонор Ойярсун де Эйлвин и Марта Ларраэчеа де Фрей - супруги трех последних демократических президентов.

Теперь, когда её книги читают не только в Латинской Америке, но и в Европе, Серрано с удовлетворением отмечает: женские проблемы везде похожи, и то, что она пишет, понятно и близко людям в любой части света.

Писательница не раз признавалась в интервью, что чувствует себя свободной (о чем большинство женщин могут только мечтать). Свободной настолько, чтобы сказать публично всё, о чем думает, и жить так, как считает нужным. Последнее не дает покоя журналистам, поскольку это нечто уникальное для Чили: жена и дети занимают первый этаж особняка, муж живёт на втором; отдельный вход, отдельные телефоны... "Живём вместе, но не вперемешку", - смеется писательница.

Бывший министр Луис Майра назначен послом Чили в Мексике. Марсела радовалась предстоящему переезду, вспоминала свой последний разговор с патриархом чилийской литературы Хосе Доносо за несколько дней до его кончины. Он говорил ей, что писатель должен быть близок к своим национальным корням, но иногда необходим и полезен взгляд на родину со стороны, издалека. Для неё как раз наступило время подышать воздухом иных широт.

А пока Марсела Серрано завершает четвёртый роман.



[5] В связи с этим название романа можно перевести и по-иному: "Бывшая жизнь моя". - Прим. ред.



Новые романы автора:
  • "El albergue de las mujeres tristes", Alfaguara, 1998
  • "Nuestra Señora de la Soledad", Alfaguara, 1999
Поделиться