Жизнь и... снова жизнь чилийской теленовелы

Страница 2 из 5
Верена Деменина
1999
Казалось бы, какое отношение все это имеет к теленовеле? Имеет, поскольку мир театра, кино и телевидения един. Чилийские актеры с удивительным, я бы сказала, со святым преклонением относятся к театру, кинематографу, служению сцене. “Ради кино я готова на все”, - эти слова актрисы Александры Фосальбы разделяют все ее коллеги. Ради кино и театра, которые для чилийских актеров остаются истинным мерилом их творческих достижений. Но в эпоху неолиберальных реформ подлинный театр и высокое искусство кино не приносят желаемых доходов ни инвесторам, ни, тем более, творцам. И здесь на первый план выступает спасительная теленовела. Она помогает актерам зарабатывать, чтобы потом было можно взять большой отпуск и посвятить его сцене, не думая о хлебе насущном. “Я - прежде всего человек театра”, - не раз говорил в своих интервью бессменный галан (герой-любовник) чилийских теленовел Бастиан Боденхофер.

В апреле 1999 года чилийцы провожали в последний путь известного артиста Теннисона Ферраду. Много восторженных слов было сказано о его творческом пути, о смелом противостоянии военному режиму, о его самоотверженной преданности театру, но все-таки чаще всего зрители и коллеги вспоминали Ферраду в роли падре Белисарио в... теленовеле “Мачеха”!

Контракты с актерами - коммерческая тайна телеканалов. Тем не менее, благодаря вездесущим журналистам известно, что самые популярные, то есть имеющие высокий рейтинг, артисты, снимающиеся в теленовелах, такие как Клаудиа ди Джироламо, Бастиан Боденхофер, Фернандо Кличе, получают 7-8 тысяч долларов; таких высокооплачиваемых актеров - единицы, телеканалы стараются не отпускать их и заключают с ними годовые контракты. Все остальные нанимаются только на время съемок, и тогда звезды получают не более 5 тысяч долларов, а начинающие актеры - и всего 600. Сказочных замков и розовых лимузинов никто из артистов не имеет. Тем более, что после перехода на частное медицинское и пенсионное страхование артисты остались на “самообеспечении”, поскольку с теми, кто не имеет постоянного заработка, частные фонды не работают, а ведь простой визит к врачу стоит 50 долларов. Когда всенародно любимый и постоянно снимающийся в теленовелах Т.Феррада тяжело заболел, койку в больнице оплатил один из муниципалитетов, алькальд которого - бывший актер, а деньги на лекарства собирали друзья-актеры, пустив шапку по кругу. И этот случай - не исключение.

После переворота чилийская теленовела на несколько лет исчезла с экранов телевизоров. Словно кто-то хотел стереть память о достижениях жанра во времена Народного единства. В конце 70-х годов при строгой установке не затрагивать политические темы телесериалы стали вновь робко появляться в эфире. Памятные работы того периода - “Бальмаседа” и “Дни молодые”. К этому времени в Чили пришло цветное телевидение, более совершенной стала съемочная аппаратура, появилась возможность снимать на натуре, ну и, конечно же, значительно расширилась зрительская аудитория.

Серхио Воданович
Известный драматург Серхио Воданович.
Тогда же, в конце 70-х годов, по вполне понятной причине - чилийские авторы в изгнании, чилийские темы трогать нельзя и опасно - началось “бразильское нашествие”: режиссер знаменитой “Рабыни Исауры” Эрваль Россано ввел в Чили практику заимствованных сценариев. Стоит ли рисковать с местными авторами, когда можно снимать то, что опробовано на телеканале “O`Глобо” и прошло бразильскую цензуру.

Чилийским сценаристам пришлось переключиться на подгонку бразильских текстов к действительности своей страны! Такие национальные таланты, как драматург Серхио Воданович, автор сценариев блестящих теленовел “Марионетки”, “Семейные секреты”, “Незваная гостья”, “Вилла Наполи”, или как Нестор Кастаньо, много писавший для Национального канала - “Молодежный клуб”, “Время ожиданий”, “Друзья”, “Эта женщина - ты”, - оказались потесненными иностранными авторами. Только по сценариям популярного бразильского писателя Кассиано Габуса Мендеса было снято девять теленовел! Тому же Кастаньо одному из первых пришлось адаптировать “Большую ложь” бразильца Лауро Сесаря Муниса: импортированный текст послужил чилийцу для развития собственных тем, ничем не рискуя и не осложняя жизнь телеканалу. Серхио Воданович после того, как один из его сценариев на съемках переиначили до неузнаваемости, вообще ушел с телевидения.

Более двадцати лет чилийские авторы в основном перекраивали чужие сценарии, потому что в годы военного режима было очень сложно пробиться на экран с собственными работами. Одни требования были у военных, другие - у церковников, третьи - у спонсоров. До сих пор, например, существует запрет на показ на экране “человека в униформе”: ни в каком разрезе, ни положительном, ни отрицательном, нельзя изображать военных и карабинеров.

Чилийский писатель и сценарист Хорхе Марчант вспоминает, что в 1986 году по заказу телеканала написал сценарий “Милое поднебесье” - семейную историю из жизни среднего класса во времена первого правления Артуро Алессандри. Цензура не пропустила. Побоялись сравнений?

В те же годы цензура потребовала внести значительные поправки в сценарий теленовелы “Дама на балконе”, написанном Марией Еленой Гертнер. Вначале с согласия властей телеканал начал съемку, но где-то на 30-ой серии создатели фильма неожиданно узнали, что больше в эфир не выйдут. Мотивом для запрета послужило то, что в истории главной героини имелись эпизоды, связанные с гитлеровской Германией: солдаты-нацисты, пытки, концлагеря. Перекличка с современностью показалась цензорам слишком очевидной. Стараясь как-то выйти из критической ситуации, директор канала потребовал заменить немецких солдат на русских. В конце концов авторы выкинули все спорные сцены. “В то время правительство Пиночета поддерживало тесные отношения с Колонией Дигнидад, из-за этого и разгорелся весь сыр-бор. Во всяком случае, такой слух прошел тогда по каналу”, - вспоминала Лорето Валенсуэла, исполнительница главной роли. “Даму на балконе” снова выпустили в эфир только в апреле 1990 года, вскоре после того, как генерал Пиночет был вынужден передать власть демократическому правительству.

Давно и успешно работающая в театре и на телевидении актриса Хайель Юнгер рассказывает, как в 1991 году снимали теленовелу “Начать сначала” по сценарию Хорхе Марчанта, в которой она исполняла роль писательницы, вернувшейся в Чили после шестнадцати лет изгнания: “...Уже с 3-ей серии начались переделки. Нужно было очень многое менять, иногда целые сюжетные линии. Прежде всего, было запрещено употреблять слово “изгнание”, надо было говорить “пребывание за пределами страны”. Или по сценарию у одного из героев мать была в числе “арестованных и пропавших без вести”, здесь тоже пришлось внести изменения - “намекать” на то, будто его мать находится в психиатрической клинике. То есть, мы переходили на сплошные иносказания!” Кстати, теленовелу “Начать сначала” многие критики считают недооцененной. Те немногие зрители, кто смотрел ее, помнят и любят ее героев до сих пор.

* * *

Тем не менее, несмотря на запреты военного режима, в некоторых теленовелах злободневные темы косвенно присутствовали. Успех “Мачехи” в 1981 году был во многом вызван стремлением главной героини добиться справедливости, честного суда, что не могло не ассоциироваться с отсутствием правосудия в Чили того времени. Зритель сумел оценить смелость актеров. Чилийцы очень часто вспоминают эту первую цветную отечественную теленовелу. “Мачеха” потрясла все мое поколение! В школьном автобусе мы с друзьями только и обсуждали, кого можно подозревать в убийстве...” - рассказывает в одном из интервью молодой сценарист Пабло Ильянес. (Ему только 26 лет, но уже 3 его теленовелы имели большой успех у зрителей.) Тогда, в 1981 году, все чилийцы были увлечены историей женщины, обвиненной в преступлении, которого не совершала. Она вернулась на родину после тюремного заключения, чтобы разыскать своих детей и установить подлинного убийцу. Феноменальный успех “Мачехи” был обеспечен высоким качеством сценария Артуро Мойи Грау и прекрасным актерским составом - Хаель Юнгер, Вальтер Кличе, Теннисон Феррада, Сильвия Сантелисес. Последняя играла отрицательную героиню и, как часто бывает в таких случаях, особенно запомнилась зрителям. Без особых усилий канал Католического университета получил непревзойденный до сих пор рейтинг - 80 пунктов!

“Как мы, актеры, были дружны и едины тогда, как нам хорошо работалось, несмотря на весь тот пиночетовский ужас, что был за пределами студии!” - вспоминает Марикармен Арригорриага.

Не менее часто всплывает и название другой теленовелы, снятой в 1984 году - “Марионетки”, рассказывающей о том, как ставшая богатой предпринимательницей женщина по имени Артемиса вернулась в Чили, чтобы отомстить тем, кто много лет назад оклеветал ее и вынудил бежать из страны. Теленовела “Марионетки”, которую называют самой реалистической на чилийском телевидении, объединила два времени, две эпохи из жизни героев - романтической юности и трезвой зрелости, умеющей воздать обидчикам “по заслугам”.

И как можно говорить о “смерти” теленовел, если в их честь снимаются новые!? Так, Пабло Ильянес свою последнюю теленовелу “Неуправляемые” посвятил “Марионеткам”! При этом он особо подчеркивал, что это - не ремейк и не перепев сюжета, а именно - в честь: “Марионетки” Серхио Водановича - для меня самая лучшая теленовела, которую я когда-либо видел!”

В сентябре 1998 года среди режиссеров, актеров, сценаристов был проведен своего рода конкурс на лучшую из 70 теленовел, снятых в Чили с 1981 года. Таковой назвали теленовелу “Злой ангел” (1986 год) повествовавшую о наивной, но амбициозной девушке, поступившей в няньки в богатый дом, где она, естественно, влюбилась в сына хозяина. Исполнительница главной роли Каролина Арреги разбила все стереотипы изображения идеальной героини, показав в своем персонаже не только положительные, но и темные стороны характера. Редкий случай в построении сюжета - в завершающей сцене героиня умирает... Оказывается, телеканал посетила делегация священников, потребовавших не допустить счастливого свадебного марша в финале: “Героиня жила в грехе, должна наступить расплата!”

Казалось бы, с восстановлением демократии многое должно было измениться в культурной жизни Чили. Действительно, теперь не надо обращаться в мрачное здание “Диего Порталес” на авениде О`Хиггинса, чтобы получить разрешение на выход в эфир. Контроль за десятками открытых и кабельных телевизионных каналов осуществляет специально созданная и открыто действующая Комиссия при парламенте, и ее больше всего волнует четкое соблюдение установленных для голубого экрана правил: никакого насилия, вольных сцен, рекламы табака и алкоголя до 22-х часов.

И все же цензура осталась. В этом плане очень показательна работа Католического канала над теленовелой “Совершенно секретно” в 1994 году. Сценарий - адаптация бразильской теленовелы “Я обещаю” Жанет Клэр. “Сюжет пришлось изменить почти полностью, - рассказывают создатели. - Бразильская писательница-коммунистка, поведав о времени, когда в Бразилии пал военный режим, сделала особый акцент на теме взаимоотношений католиков с военными. У нас же после бесчисленных переделок получилась история внебрачного любовного романа депутата-консерватора, а тема католиков-сообщников диктатуры была подменена показом угрызений совести депутата из-за этого самого романа.”

Однако и после такой перекройки сюжета показ теленовелы вызвал незамедлительный протест. Он поступил от корпорации “Во имя будущего Чили”, частной, крайне правой организации, взявшей на себя обязанность следить за соблюдением правил этики и морали в культурной жизни страны. Под давлением корпорации, требовавшей убрать сцены с “аморальными похождениями” депутата, все любовные эпизоды, которых в сценарии было немало, заменили длинными нравственно-безопасными диалогами, сочиненными в срочном порядке. А “под занавес” вконец запуганные авторы и вообще “постарались” в перекройке сюжета: оказывается, депутат - пострадавшая сторона, во всем виновата его жена, которая не только была неверна, да еще и заимела внебрачного ребенка!

Актер Хуан Фалькон, приехавший с Кубы, где получил известность в телепостановке “Принц и нищий”, и снимавшийся в телесериале “Совершенно секретно”, сказал однажды: “Здесь, в Чили, готовя очередную теленовелу, все время нужно на кого-то оглядываться: если ты не задеваешь какого-либо политика, то наверняка раздражаешь какого-нибудь священника. Вечно кто-то недоволен. В “Совершенно секретно” “отредактировали” судьбу моего героя: он по сценарию еще подростком побывал в тюрьме, а значит, по чилийским стереотипам, такой человек не может быть приятелем дочери депутата.”

Пабло Ильянес едва начал сотрудничать с телевидением, как тут же почувствовал цензурное око. Свою первую теленовелу “Адреналина” он сочинил и представил на канал Католического университета в 1996 году, когда ему было всего 22 года. “Адреналина” - название выдуманной модной дискотеки, в которой встречаются, ссорятся, страдают и веселятся сантьягинские школьники на протяжении 90 серий. Другие основные места действия - престижный колледж “Варрингтон”, где учатся героиня Кати Винтер и несколько ее задушевных подруг, и квартира героя Андреса Бетанкура, 27 лет. В “Адреналине” Ильянес рассказал о том, что волнует его ровесников и что они переживают в наше нелегкое время, то есть, затронул тему, которая обычно остается за пределами традиционной теленовелы. Ильянес хорошо знаком с миром “Адреналины”, поскольку, как и его герои, прогуливал уроки, если нужно было посмотреть новый фильм, снимал на видео полуодетых подружек и судил родителей и вообще взрослых с позиций юношеского максимализма. “Мы живем в эпоху безответственности, - сказал Ильянес в одном из своих интервью, - и потому никто не хочет зависимости от кого-либо. Мои герои ежеминутно меняют свои цели. И это неприятная правда: в девяностые годы люди говорят одно, а делают другое. Но, по сути, мои герои пока еще очень молоды, заканчивают школу и находятся на нелегком распутье.”

Лусиано Крус-Коке
Лусиано Крус-Коке, исполнитель главной роли в сериале "Адреналина". Фото с сайта Canal 13.
“Адреналина” задела всех за живое: подростки прилипли к экранам, а родители - к телефонам, требуя от телеканала “прекратить это безобразие”, поскольку мальчики стали перечить родителям, девочки укоротили свои джемперочки и оголили животы, все переняли плохие привычки плохих героев отвешивать пощечины сестренкам и братишкам и даже воровать кредитные карточки у родителей. Была и такая - весьма неожиданная реакция на реалистически отображенный мир подростков. Съемочной группе пришлось сократить отдельные сцены, удлинить юбки и убавить декольте у школьниц-акселераток, а автора попросить “пригладить” анархизм и неприкаянность своих молодых персонажей.

Скандал разгорелся нешуточный! Не случайно во время трансляции “Адреналины” на самом высоком уровне - в сенате! - развернулись дебаты о дозволенном и недозволенном в телевизионных передачах. Конечно, за всем этим шумом стояла могущественная корпорация “Во имя будущего Чили”, которая не могла спокойно смотреть на телевизионное потакание превращению школьниц в “ночных королев”, а подростков - в нигилистов, бездумно отвергающих устои буржуазного общества. В итоге телеканал был вынужден уволить многолетнего руководителя драматической части Рикардо Миранду, человека, о котором в Чили говорят, что он знает все про секреты создания теленовелы!

Сам молодой автор был до предела возмущен тем, что “по живому” режут сцены, ведь речь шла о его первой большой работе. Он давал многочисленные интервью, протестовал, но вскоре отступил: “Я понял, что с телевидением не играют, что это очень мощный инструмент воздействия и что не все зрители, которые по вечерам собираются у телевизоров, готовы к адекватному восприятию идей и персонажей наших теленовел.”

Закончить этот пассаж о чилийской цензуре можно словами ведущего режиссера Национального канала Висенте Сабатини, который более двадцати лет работает на телевидении: “Любой нормальный творческий человек в Чили может иметь проблемы с корпорацией “Во имя будущего Чили”. За годы работы я получил тонны телексов и факсов от них!”
Поделиться