ПЛОХИЕ СТИХИ

Не рви их.
Не выбрасывай их
в колодец времени.

Может, они вернутся,
когда от тебя уйдет
совершенство.

Когда одиночество
покинет постель
и выйдет на свежий воздух,
и отчий дом, выученный наизусть,
до каждой досточки,
покажется вдруг
ощетинившимся ежом.

Может, тогда
в этих некрасивых строчках
ты обнаружишь
неузнанный прежде миг,
странной стороной
повернутое слово —
то есть нечто,
что дороже и правдивей
совершенства.

Кто знает!

Не выбрасывай этих стихов.
Ты изменишься сам,
ты изменишь лицо мира.
А стихотворенье по-прежнему
не откроет тебе до конца
все свои тайны.

Это значит, что ты не обзавелся
пока что! —

тем факелом, который
в состоянии высветить
все его уголки.
 

ПЕРВАЯ ПЕСНЯ

Я не придумал ни единой песни.
Но, может быть, тот, кто любил, скажет:
«Ведь эта его песенка мне знакома давно,
а я было совсем позабыл,
как она прекрасна...»
И покажется она
первой песней,
которая ему снилась.
 

КАНТЕ ХОНДО

Эту нить, будто искру,
высек сердца
кремень.

Как струна, натянулась
нити тонкая
тень.

То взовьется, то снова
рухнет оземь,
звеня,

с каждым разом
все туже
пеленая меня.
Нить черна, и у нити
тень, как бездна,
черна.

Сдавит сердце и горло,
будто петля,
она,

беспощадная песня,
роковая струна.
 

УМУДРЕННОСТЬ

Много я передумал и понял.
Столько перелюбил я и прожил,
что мороз от того, что я помню,
до сих пор подирает по коже.

Детский смех, отчего ж ты стал сниться
барабанным моим перепонкам?
Сяду в тень от премудрой страницы,
чтобы сделаться снова ребенком.

Было детство со мной незнакомо.
И поэтому так сиротливо
в каждом зеркале отчего дома
плачет, плачет плакучая ива.